07 июля 2008 года

"Величайший забег" идет прахом

Допинговый скандал разразился на Олимпиаде 1988 года в растущем азиатском городе

Корейские ритуалы и технология космического века на открытии Игр 1988 года в Сеуле (© AP Images/Дункан)

Джеймс Моссоп

Джеймс Моссоп - спортивный комментатор лондонской газеты "Телеграф", который восемь раз освещал Олимпийские игры и будет работать на Олимпиаде в Пекине. За освещение Игр 1992 года в Барселоне Моссоп получил награду британской прессы как лучший автор года, который пишет о спорте.

Игры 1988 года в Сеуле занимают в его памяти особое место, поскольку они существенно изменили характер спортивных репортажей и олимпийских состязаний.

Летняя Олимпиада 1988 года в Сеуле запомнилась тем, что я оказался на культурном и технологическом перепутье.

Игры начались с великолепной церемонии открытия, которая превосходила все, что было раньше. Огромное впечатление производили главный стадион и его архитектура с раскидистой изогнутой крышей и целой системой новшеств в освещении и показе информации. Вся электроника на площадках, приборы для хронометража и измерений были ультрасовременными, что свидетельствовало о техническом прогрессе в Южной Корее и ее статусе процветающей передовой экономики.

Более земные вопросы затрагивали тех, чьей задачей была передача материалов о состязаниях в южнокорейской столице в средства массовой информации других стран. Лишь немногие сотрудники западного телевидения, радио и печатных СМИ разговаривали на местном языке.

Поэтому любая поездка на такси была приключением. Машины были маленькие, водители в белых перчатках постоянно улыбались пассажирам, вместо того чтобы смотреть на дорогу перед собой.

Канадский спринтер Бен Джонсон в окружении журналистов после того, как он лишился золотой медали за победу на стометровке (©AP Images)

Это особенно обескураживало, потому что корейские водители не всегда соблюдали правила дорожного движения, к которым мы привыкли в Британии. Я постоянно пристегивался на случай неминуемого столкновения. Таксисты в Сеуле, а может быть и в других частях страны также имели обыкновение притормаживать на автобусных остановках, чтобы подобрать попутчиков.

Технические сложности возникли в связи с использованием ноутбуков. Многим довелось впервые освещать такое мероприятие с помощью портативного компьютера. Для некоторых из нас была проведена получасовая подготовка работе на простейшем компьютере "Тэнди", после чего они были отправлены на Игры в полной уверенности в том, что бумага и перо больше не являются нашими профессиональными инструментами.

Глубокой ночью в Журналистской деревне раздавались безнадежные восклицания людей, пытавшихся переслать материалы редакторам в свои отделы, не справляясь с компьютером.

В итоге часть сотрудников британской прессы убрали свои ноутбуки в чемоданы и обратилась к проверенному методу диктовки текстов в свои редакции. С учетом разницы во времени между Кореей и Британией это неизбежно означало дополнительную ночную работу.

Поскольку соревнования проходили с утра до позднего вечера, большинство журналистов питалось в течение дня лапшой из горшочков с прилавка за стендом СМИ. Некоторые из нас вспоминают состязания в Сеуле как "Игры с лапшой".

Несмотря на проблемы с питанием, языком и техникой, самый большой шум в комнатах и коридорах Журналистской деревни поднялся, когда людей разбудила срочно переданная французским информационным агентством АФП новость о том, что канадский спринтер Бен Джонсон не прошел допинг-контроль.

Борьба за самую последнюю информацию велась самым ожесточенным образом. Членов Международного олимпийского комитета поднимали с постелей. Телефонные линии были перегружены, а ноутбуки, которые могли бы облегчить передачу сообщений, оставались бесполезными.

Двумя днями раньше все исписали кипы бумаги, рассказывая о величайшем забеге в истории спорта. Джонсона изображали как чудо-спортсмена, восхищаясь 39 огромными шагами, которые переместили его от стартового пистолета к финишу и золотой медали на стометровке. И вот все пошло прахом.

Герой превратился в мошенника, который доказывал свою невиновность, но все знали, что он виноват. Конечно, недостойное поведение омрачало Олимпийские игры и раньше. В 1976 году было обнаружено, что российский фехтовальщик в Монреале пользовался подключенным к специальному устройству оружием, которое приносило ему незаконные победные очки. Сейчас, оглядываясь назад, легко рассматривать нарушение, допущенное Джонсоном, как новую область мошенничества в спорте и увертюру к последующим допинговым скандалам.

Джонсона поймали с поличным, потому что новая технология допинг-контроля позволяла более точно устанавливать факты применения запрещенных препаратов. После позора Джонсона допинг стал применяться все шире, причем за этим должны были поспевать технические средства для выявления допинга. В позорном списке оказалось много знаменитых, а теперь бесславных имен - американская бегунья Мэрион Джонс, американская бегунья на короткие дистанции Келли Уайт и английский спринтер Дуэйн Чемберс. Греческие спринтеры Костас Кентерис и Катерина Фану опозорили свою страну, когда уклонились от проверки в Афинах в 2004 году и непосредственно перед Олимпиадой таинственно выбыли из соревнований.

На Олимпийских играх 2004 года в Афинах было выявлено 24 нарушения во всех дисциплинах, и нет сомнений в том, что и другие будут пытаться обмануть систему в будущем. И все же отряд специалистов, проводящих проверки на допинг, похоже, приближается к тому, чтобы избавить Олимпийские игры от препаратов, которые способствуют завышению спортивных результатов.

(Распространено Бюро международных информационных программ Государственного департамента США. Веб-сайт: http://usinfo.state.gov/russian/)