06 июля 2009 года

Роль защитника

Защищая обвиняемого, рискнувшего предстать перед судом, умелый адвокат может отстоять его интересы даже в борьбе с могущественным государством, располагающим громадными ресурсами. Барри Поллак, работающий в вашингтонской юридической фирме Miller Chevalier, представляет частных лиц и корпорации в уголовных расследованиях и судебных разбирательствах. Данная статья опубликована в электронном журнале eJournalUSA “Анатомия суда присяжных” за июль 2009 года.

Барри Поллак

В американской системе уголовного судопроизводства прокуратура располагает огромными возможностями судебного преследования правонарушителей, но в то же время несет весьма существенное бремя доказывания вины подсудимых. Широкие полномочия прокуратуры и наложенные на нее ограничения определяют роль адвокатов по уголовным делам.

При возбуждении уголовного преследования обвиняемый получает значительные процессуальные гарантии, включая право на услуги адвоката по назначению, если он не в состоянии нанять защитника за собственный счет. Однако подсудимым, даже впервые совершившим ненасильственное преступление, могут грозить драконовские приговоры. Обвинители располагают широчайшими полномочиями по заключению с обвиняемыми сделок о признании вины, о согласии на сотрудничество с обвинением по делам других преступников, или о том и о другом, в обмен на смягчение обвинений и, соответственно, на менее суровый приговор. Благодаря своему практически неограниченному праву смягчать обвинение и приговор, а также возможности угрожать обвиняемому длительными сроками лишения свободы, предусмотренными за различные преступления, прокурор обладает чрезвычайно сильными возможностями давления на обвиняемого без рассмотрения реальных обвинений в состязательном судебном процессе.

Два недавних примера наглядно демонстрируют огромную разницу в судьбе тех, кто идет на судебную сделку, и тех, кто решается предстать перед судом. Главный финансовый директор гигантской телекоммуникационной компании MCI/WorldCom совершил бухгалтерское мошенничество огромных масштабов. Он признал себя виновным и получил пять лет тюрьмы. А главный исполнительный директор той же компании пошел на суд, был признан виновным и приговорен к 25 годам лишения свободы. Подобным же образом главный финансовый директор конгломерата Enron Corporation в Хьюстоне, штат Техас, признал себя виновным в финансовых махинациях и получил шесть лет, а другой высокопоставленный сотрудник компании предстал перед судом, был осужден и приговорен к 24 годам тюремного заключения.

Обвиняемый, настаивающий на судебном разбирательстве, идет на огромный риск, но столь же велик и его потенциальный выигрыш. На суде обвинение должно доказать вину подсудимого так, чтобы с этим единодушно согласились все 12 присяжных. Защита имеет право требовать, чтобы обвинение представило документы и вещественные доказательства по делу, а также принуждать свидетелей к даче показаний. Однако адвокатам нередко приходится действовать вслепую, поскольку свидетели не обязаны до суда отвечать на вопросы защиты, а обвинение лишь в ограниченной степени обязано представить защите имеющиеся в его распоряжении улики. Далее, каждый свидетель имеет право отказаться от дачи показаний, дабы не свидетельствовать против себя. Защита – в отличие от обвинения – не вправе принудить свидетеля к даче показаний, предоставив ему иммунитет. В силу этого защита, как правило, не в силах доказать невиновность подсудимого. Вместо этого она стремится вскрыть слабые места в аргументации прокуратуры и посеять сомнения в умах присяжных.

Адвокат по уголовному делу вправе и даже обязан собрать максимум возможных фактов и аргументов в пользу своего подзащитного. При этом, однако, он не имеет права представлять на суде заведомо ложные свидетельские показания.

Состязание с прокуратурой

В федеральной судебной системе США доля осуждений составляет около 90 процентов исходов всех дел. Однако прокурору на суде приходится нелегко, особенно когда ему противостоит искусный защитник, располагающий достаточными ресурсами для выяснения фактов и подачи жалоб и возражений юридического порядка. Обвиняемые, у которых хватает мужества оспорить обвинение в ходе состязательного процесса, могут добиться оправдания и восстановления честного имени. Прокурор, не привыкший отстаивать правоту своих доказательств, рискует обнаружить, что его свидетели не очень тверды в своих показаниях, или что представленные им улики, вопреки ожиданиям, будут истолкованы в пользу подсудимого.

Я работаю адвокатом по уголовным делам в течение почти 20 лет и могу засвидетельствовать, что в большинстве случаев разбирательство по моим делам проходило с процессуальной точки зрения безукоризненно, а его исход был справедливым.

Судебное преследование руководителей фирмы Enron Corporation наглядно продемонстрировало как могущество, так и ограниченные возможности прокуратуры. Компанию обвинили в широкомасштабном мошенничестве, вслед за чем ее начали поносить на всех углах за фальсификацию финансовой отчетности. В обществе сложилось мнение, что сотрудники компании – богатые жулики, нажившие крупные барыши на махинациях, за которые приходилось расплачиваться рядовым инвесторам.

Министерство юстиции США бросило огромные ресурсы на подготовку к процессам по делу о махинациях в корпорации Enron. Свыше 100 человек были включены в список участников преступного сговора, приведшего к краху компании, два десятка обвиняемых признали себя виновными, а чуть больше десятка руководителей фирмы предстали перед судом. На этих процессах прокуроры добились лишь частичного успеха. Двое подсудимых были оправданы по всем статьям, еще по нескольким делам присяжные не смогли прийти к определенному решению, а ряд подсудимых, которым были вынесены обвинительные вердикты, успешно обжаловали их в апелляционных инстанциях. Однако в конечном итоге обвинению все же удалось добиться осуждения двух высших должностных лиц компании Enron.

Мой собственный подзащитный, бывший бухгалтер фирмы Enron, не располагавший большими ресурсами, мог легко заключить сделку с признанием вины. В таком случае он скорее всего отделался бы сравнительно легким наказанием. Однако он категорически настаивал на своей невиновности. Невзирая на огромные возможности прокуратуры, дружную ненависть по отношению к его компании со стороны жителей Хьюстона (включая присяжных), а также опасность угодить за решетку на долгие годы в случае, если он будет признан виновным хотя бы по одной статье, мой подзащитный решил бросить вызов государству и принудить его доказывать свои обвинения перед судом. Я помог ему посредством перекрестных допросов дискредитировать свидетелей обвинения, многим из которых был обещан иммунитет от судебного преследования в обмен на согласие дать показания. Я также помог в организации защиты, строившейся, в частности, на показаниях бухгалтеров-экспертов и, самое главное, на его собственных показаниях.

В конце концов жюри рядовых граждан единогласно оправдало его по всем статьям. Те, кто, подобно моему подзащитному в вышеописанном деле, обладает достаточным мужеством, чтобы пойти на огромный риск, сопряженный с судом присяжных по уголовным делам, зачастую рискуют не напрасно: система срабатывает, причем безотказно.

В подготовке данной статьи принял участие сотрудник фирмы Miller Chevalier Нэйтан Лэнкфорд. Мнения, высказываемые в этой статье, не обязательно отражают взгляды или поÙитику правительства США.

( Распространено Бюро международных информационных программ Государственного департамента США. Веб-сайт: http://www.america.gov/ru )