22 февраля 2009 года

Новая стратегия для нового мира

Укрепляя наши альянсы

Публикация “Обама: от первого лица” БМИП

Укрепляя наши альянсы

Вашингтон, 15 июля 2008 года

Шестьдесят один год назад Джордж Маршалл объявил план, который впоследствии будет назван его именем. Большая часть Европы лежала в руинах. Соединенным Штатам противостоял могучий идеологический враг, стремившийся к мировому господству. Эта угроза была вдвойне серьезна потому, что незадолго до этого было открыто средство уничтожения человеческих жизней в невиданных ранее масштабах. Советский Союз еще не располагал атомной бомбой, но вскоре она появилась и у него.

Перед величайшим поколением американцев – поколением, победившим фашизм на полях сражений – теперь встала задача отразить эту угрозы, расширяя в то же время границы свободы. Такие лидеры, как Трумэн и Ачесон, Кеннан и Маршалл знали, что распространение свободы не может быть достигнуто одним решительным ударом. Нам была необходима новая всеобъемлющая стратегия для преодоления трудностей в новом и опасном мире.

Принятая стратегия сочетала подавляющую военную мощь со здравым смыслом. Она определяла развитие событий не только военной силой, но и силой идей, экономической мощью, с помощью разведки и дипломатии. Эта стратегия поддерживала надежных союзников, разделяющих наши идеалы свободы и демократии, уважающих принципы открытых рынков и правозакония. Благодаря этой стратегии были созданы новые международные организации, такие, как ООН, НАТО и Всемирный банк, и уделялось внимание каждому уголку планеты. Эта стратегия была способна четко разглядеть возникавшие в мире угрозы, а также появлявшиеся перспективы.

…

Что нужно? Как лучше поступить? Что должно быть сделано?

Сегодня перед нами стоят другие угрозы, но они не менее серьезны. Средства уничтожения человеческих жизней в катастрофическом масштабе могут оказаться в руках террористов. Наша будущая безопасность – и безопасность нашей планеты – оказалась под угрозой, потому что мы попали в зависимость от импорта нефти и газа. От горных пещер северо-запада Пакистана и центрифуг, вращающихся в иранских подземельях, исходит угроза, от которой американскому народу не защититься одними только океанами или силой оружия.

Теракты 11 сентября 2001 года со всей очевидностью высветили эту новую ужасную и зловещую реальность. В тот безоблачный день показалось, что мир и благополучие, доставшиеся нам в результате победы в “холодной войне”, погребены под дымящимися обломками бетона и горами искореженной стали.

Но глубина этой трагедии также позволила американцам проявить свои лучшие человеческие качества и решимость. В пунктах сдачи крови и на поминальных службах, в школах и в Конгрессе США американцы были едины – более едины, чем когда бы то ни было, даже в начале “холодной войны”. Мир также объединился против тех, кто совершил этот варварский акт, и рядом с нами встали наши старые союзники, новые друзья и даже давние противники. Вновь наступил момент, когда Америке пришлось применить свою мощь и силу убеждения, вновь пришло время вырабатывать новую стратегию, чтобы обеспечить безопасность в постоянно меняющемся мире.

Представьте себе на минуту, что мы могли бы сделать в те дни, месяцы и годы, что прошли после событий 11 сентября.

Мы могли бы использовать всю мощь Америки для того, чтобы выследить и уничтожить Усаму бин Ладена, “Аль-Каиду”, талибов и всех террористов, ответственных за атаки 11 сентября, обеспечивая в то же время реальную безопасность для Афганистана.

Мы могли бы взять под охрану все плохо охраняемые ядерные материалы по всему миру и усовершенствовать режим нераспространения, сложившийся в 20-м веке, для того, чтобы он отвечал требованиям 21-го столетия.

Мы могли бы инвестировать сотни миллиардов долларов в альтернативные источники энергии для того, чтобы способствовать росту нашей экономики, сохранить планету и покончить с нефтяной тиранией.

Мы могли бы укрепить существующие альянсы, установить новые партнерские отношения и вдохнуть новую жизнь в международные организации, чтобы они способствовали миру и процветанию.

Мы могли бы призвать новое поколение откликнуться на зов истории и послужить своей стране – солдатами и учителями, волонтерами Корпуса мира и сотрудниками правоохранительных органов.

Мы могли бы обеспечить внутреннюю безопасность Америки, вложив средства в современные системы защиты наших портов, железных дорог и электростанций.

Мы могли бы реконструировать наши дороги и мосты, проложить новые железнодорожные пути, энергосети и линии скоростного интернета, а также сделать высшее образование доступным для каждого американца, что позволило бы повысить нашу конкурентоспособность.

Мы могли бы сделать все это.

Вместо этого мы потеряли тысячи американских жизней, израсходовали около триллиона долларов, оттолкнули от себя союзников и пренебрегли новыми угрозами – и все ради того, чтобы пять с лишним лет вести войну в стране, не имеющей абсолютно никакого отношения к терактам 11 сентября.

Наши мужчины и женщины в военной форме выполнили все задачи, которые мы перед ними поставили. Чего не хватает в наших дебатах по вопросу Ирака – и не хватало с начала боевых действий, – это дискуссии о стратегических последствиях иракской войны и о ее доминировании в нашей внешней политике.

Эта война отвлекает наше внимание от всех угроз, стоящих перед нами, и многочисленных возможностей, которыми мы могли бы воспользоваться. Эта война снижает уровень нашей безопасности, наш авторитет в мире, нашу военную и экономическую мощь, отнимает ресурсы, которые нам необходимы для решения проблем 21-го века. С какой стороны ни посмотреть, наша зацикленность на Ираке, которой не видно конца и краю, не является мудрой стратегией, способной обеспечить безопасность Америки.

Я добиваюсь избрания на пост президента США для того, чтобы повести страну в новом направлении, используя возможности, которые открываются перед нами сегодня. Вместо того, чтобы отвлекаться от наиболее насущных угроз, стоящих перед нами, я хочу их нейтрализовать. Вместо того, чтобы возлагать бремя внешней политики США полностью на плечи отважных мужчин и женщин в рядах наших Вооруженных сил, я хочу использовать все элементы американской мощи для обеспечения нашей безопасности, процветания и свободы. Вместо того, чтобы восстанавливать против нас весь мир, я хочу добиться того, чтобы Америка вновь стала лидером.

На посту президента я буду придерживаться жесткой, обоснованной и принципиальной стратегии национальной безопасности – стратегии, основанной на том, что наши интересы лежат не только в Багдаде, но и в Кандагаре и Карачи, Токио и Лондоне, Пекине и Берлине. Моя стратегия будет сосредоточена на пяти целях, имеющих огромную важность для обеспечения безопасности Америки: ответственном окончании войны в Ираке, успешном завершении борьбы с “Аль-Каидой” и талибами, установлении контроля над всем ядерным оружием и материалами с целью предотвращения попадания их в руки террористов и стран-изгоев, достижении подлинной энергетической безопасности и перестройке наших альянсов для того, чтобы они могли решать задачи 21-го века.

 …

Вот почему я с таким убеждением отстаиваю свой план по окончанию войны. Реальную возможность создает для нас призыв премьер-министра Ирака аль-Малики вывести американские войска из страны. К тому же на днях американский генерал, отвечающий за подготовку иракских сил безопасности, сообщил Конгрессу, что армия и полиция Ирака будут готовы принять на себя обязанности по обеспечению безопасности в стране в 2009 году. Наступил момент для проведения ответственной перегруппировки наших боевых частей, которая подтолкнет иракских лидеров к политическому решению, даст возможность нашим вооруженным силам восстановиться и позволит нам переключиться на Афганистан и на более широкие интересы в сфере безопасности.

…

Приходит время принятия решений. Обстановка в Ираке не будет идеальной, и мы не располагаем безграничными ресурсами, чтобы сделать ее таковой. Мы не в состоянии уничтожить каждого, кто симпатизирует “Аль-Каиде”, выкорчевать все следы иранского влияния или добиться установления безукоризненной демократии перед тем, как уйти из страны. … На самом деле залогом истинного успеха в Ираке – победы в Ираке – будет не церемония капитуляции, на которой враг сложит оружие. Залогом истинного успеха после вывода наших войск из Ирака будет правительство, способное взять на себя ответственность за будущее страны – такое правительство, которое будет предотвращать конфликты на религиозной почве и обеспечит невозможность возвращения “Аль-Каиды”, которую подавили наши войска. Эта цель достижима, если мы будем осуществлять комплексный план, который заставит иракцев взять управление страной в свои руки.

Иракцы хотят именно такого будущего. Этого же хочет американский народ. И этого требуют наши совместные интересы.

В этом же нуждаются наши Вооруженные силы. Мы не можем заставлять наши войска вести войну, которая не укрепляет нашу безопасность. Я восстановлю нашу мощь, окончив эту войну, увеличив численность наших наземных сил на 65 000 военнослужащих Сухопутных войск и 27 000 морских пехотинцев и вложив средства в развитие возможностей, необходимых нам для победы над обычными врагами и нейтрализации угроз нового типа, с которыми мы сталкиваемся в наши дни.

Я хочу, чтобы иракцы взяли на себя ответственность за собственное будущее и достигли политического урегулирования, необходимого для долговременной стабильности. Это и есть победа. Это и есть успех. Это – лучшее решение для Ирака и для Америки, и именно поэтому я окончу эту войну, если стану президентом.

Ирак не является центральным фронтом в войне с терроризмом и никогда им не был. Вот почему второй целью моей новой стратегии будет активизация борьбы против “Аль-Каиды” в Афганистане и Пакистане.

Недопустимо, что почти семь лет спустя после того дня, когда почти 3000 наших соотечественников были убиты на американской земле, террористы, атаковавшие нас 11 сентября, до сих пор на свободе. Усама бин Ладен и Айман аль-Завахири выступают с обращениями к своим сторонникам и планируют новые теракты. Талибы контролируют часть территории Афганистана. Расширяется база “Аль-Каиды” в Пакистане, и от бывшей зоны безопасности террористов в Афганистане она не дальше, чем Вашингтон от Филадельфии. Если наша страна подвергнется новой атаке, приказ о ней скорее всего будет отдан из того же региона, где планировались теракты 11 сентября. И несмотря на это, сегодня американских войск в Ираке в пять раз больше, чем в Афганистане.

 

…

Я направлю в Афганистан дополнительно не менее двух боевых бригад и на этом примере буду добиваться от наших союзников по НАТО, чтобы они увеличили свои военные контингенты с меньшими ограничениями. Я сосредоточу внимание на подготовке афганских сил безопасности и поддержке судебной системы страны с выделением дополнительных ресурсов и стимулов для американских военнослужащих, на которых будут возложены эти задачи. Памятуя о том, что мы добились успеха в “холодной войне”, поддерживая союзников, которые обеспечивали собственную безопасность, мы должны осознавать, что линии фронта в 21 веке проходят не только через поля сражений, но через учебный полигон под Кабулом, через полицейский участок в Кандагаре и через зал суда в Герате.

Более того, долгосрочный мир наступит в этой стране лишь в том случае, если мы вспомним урок Маршалла и поможем афганцам с развитием экономики на всех уровнях. Поэтому я предложил ежегодно выделять Афганистану дополнительную помощь невоенного характера на сумму в 1 млрд. долларов, обставив ее определенными условиями во избежание коррупции и обратив внимание на то, чтобы средства не оседали только в Кабуле, но доходили до афганских провинций. Частью этой программы будет поддержка смены специализации для тех афганских фермеров, которые ныне выращивают мак. Параллельно с этим будет активизирована борьба с контрабандой героина. Мы не можем позволить себе поражение в схватке с наркотеррористами за будущее Афганистана. Народ этой страны должен знать, что мы будем стоять с ним до победного конца, так как от безопасности Афганистана зависит безопасность Соединенных Штатов.

Величайшая угроза безопасности исходит из племенных районов Пакистана, где проходят обучение террористы и откуда забрасываются боевики в Афганистан. Мы не можем терпеть существование зон, где террористы чувствуют себя в неприкосновенности, и я, став президентом, не буду с этим мириться. Нам необходимо более прочное и эффективное партнерство между Афганистаном, Пакистаном и НАТО, чтобы держать под контролем границу, уничтожать лагерей террористов и активно бороться с боевиками, совершающими вылазки через границу. И мы должны четко дать понять, что если Пакистан не может или не желает принимать меры, мы будем сами уничтожать террористические цели высокого уровня, такие, как бин Ладен, как только они попадут в поле нашего зрения.

Ясно одно: мы не сможем добиться успеха в Афганистане и обеспечить безопасность нашей собственной страны, если мы не изменим политику в отношении Пакистана.

…

Только прочная демократия в Пакистане поможет нам добиться моей третьей цели – полностью взять под охрану ядерное оружие и ядерные материалы, чтобы ими не завладели террористы и страны-изгои.

…

В годы после Второй мировой войны мы опасались, как бы смертоносный атом не оказался в руках Кремля. Ныне нас тревожит судьба примерно 50 тонн высокообогащенного урана, подчас слабо охраняемого, который находится на гражданских ядерных объектах более сорока стран. Ныне нас тревожит неэффективность режима нераспространения, который был разработан в расчете на двухполярный мир эпохи “холодной войны”. Ныне нас тревожит – и это самое ужасное – опасность того, что какая-нибудь страна-изгой или ученый-ядерщик передадут самое страшное в мире оружие самым опасным в мире людям – террористам, которые без колебаний взорвут себя и сотни тысяч людей в Тель-Авиве или Москве, Лондоне или Нью-Йорке.

…

Но, помимо этих неотложных, срочных шагов, пришло время заявить во всеуслышание: Америка стремится к миру без ядерного оружия. Пока существует ядерное оружие, мы вынуждены содержать арсенал сдерживания. Но вместо того, чтобы угрожать России исключением из “Большой восьмерки”, нам необходимо работать с этой страной, чтобы снять американские и российские баллистические ракеты с дежурной боеготовности, резко сократить наши запасы ядерного оружия и ядерных материалов, добиться глобального запрета на производство расщепляющихся материалов для военных целей и расширить американо-российский запрет на ракеты средней дальности, сделав его глобальным. Выполняя наши обязательства по Договору о нераспространении ядерного оружия, мы сможем более эффективно оказывать давление на такие страны, как Северная Корея и Иран, призывая их к выполнению их собственных обязательств. В частности, это даст нам кредит доверия и дополнительные рычаги в отношениях с Ираном.

Мы не можем допустить попадания ядерного оружия в руки государств, поддерживающих терроризм. Помешать Ирану разработать ядерное оружие – жизненно важная задача с точки зрения национальной безопасности Соединенных Штатов. Для ее выполнения не следует отказываться ни от каких мер воздействия, имеющихся в распоряжении государства. Я буду использовать всю совокупность американской мощи для оказания давления на иранский режим, начав с активной, принципиальной и прямой дипломатии, подкрепленной серьезными санкциями и не обставленной предварительными условиями.

Вот почему мы должны планировать эти трудные переговоры в тесной координации с нашими союзниками, используя все наше влияние – включая, если того потребуют наши интересы, мою встречу с соответствующим иранским лидером в подходящее время и в выбранном мною месте.

Мы будем проводить эту политику дипломатии, не питая иллюзий в отношении иранского режима. Вместо этого мы поставим Иран перед ясным выбором. Eсли вы откажетесь от ядерной программы, от поддержки террористов и от угроз Израилю, вам будут предложены существенные стимулы. Если вы откажетесь, мы будем наращивать давление, применив более строгие односторонние санкции, добившись более жестких санкций Совета Безопасности и предприняв активные действия за рамками ООН с целью изоляции иранского режима. Именно такая дипломатия нам нужна. Иранцам следует согласиться на переговоры немедленно, поскольку промедление лишь чревато усилением давления.

Самый верный способ долгосрочного укрепления нашей позиции в отношениях с Ираном – прекратить финансирование его амбиций. Это будет зависеть от достижения моей четвертой цели – избавиться от нынешней тирании нефти.

Один из наиболее опасных видов оружия в сегодняшнем мире – это цены на нефть. Мы ежедневно платим около 700 млн. долларов неустойчивым или враждебно настроенным к нам государствам за их нефть. На эти деньги покупаются бомбы для террористов, которые их взрывают от Багдада до Бейрута. На эти деньги финансируются нефтедипломатия в Каракасе и радикальные медресе от Карачи до Хартума. При этом средства воздействия уходят из рук Америки и попадают в руки диктаторов.

Хуже этой непосредственной опасности – лишь долгосрочная угроза изменения климата, которое способно привести к катастрофическим погодным явлениям, разрушительным тайфунам, засухам и голоду. Это означает, что в ближайшие пятьдесят лет люди будут вести борьбу за продовольствие и воду в тех самых регионах, которые испытали вспышки насилия в те же предыдущие пятьдесят лет – в Африке, на Ближнем Востоке и на юге Азии. Более того, это может означать, что разрушительные ураганы обрушатся на наши собственные побережья, и наша береговая линия изменится до неузнаваемости.

Это не просто вопрос экономики или экологии: это кризис национальной безопасности. Во имя нашей безопасности и во имя каждой американской семьи, у которой есть автомобиль, мы должны положить конец нашей зависимости от импортируемой нефти. Именно этого я буду добиваться, став президентом. Полумерами и политическими ухищрениями желаемого не добиться. В ближайшие десять лет я инвестирую 150 млрд. долларов с тем, чтобы направить Америку в сторону подлинной энергетической безопасности. Это позволит увеличить приток средств в новый бизнес-сектор экологически чистой энергетики, что избавит нас от нефтяной зависимости и создаст до 5 млн. новых рабочих мест в ближайшие два десятилетия, а также поможет обеспечить будущее нашей страны и нашей планеты. Мы будем вкладывать средства в исследования и разработку всех типов альтернативной энергетики – солнечной, ветровой и биотопливной, а также технологий, позволяющих экологически чисто извлекать энергию из угля и обеспечивать безопасность ядерных электростанций. И с момента вступления в должность президента я объявлю, что Соединенные Штаты Америки вновь готовы стать лидером.

Мы никогда более не останемся в стороне и не будем мешать глобальным мерам по решению глобальной проблемы. Я обращусь к лидерам стран, выбрасывающих наибольшее количество углерода в атмосферу, и приглашу их принять участие в работе нового Глобального энергетического форума, который заложит основу для нового поколения протоколов по вопросам изменения климата. Мы также создадим альянс стран-импортеров нефти и будем работать вместе над уменьшением нашего спроса и ослаблением контроля ОПЕК над глобальной экономикой. Мы поставим целью снизить глобальные выбросы на 80 процентов к 2050 году. И по мере развития новых форм чистой энергии у себя дома мы будем делиться технологией и инновациями с другими странами мира.

Такова традиция американского лидерства на благо всего человечества. И это будет моей пятой целью – перестроить наши альянсы так, чтобы мы могли справиться с общими вызовами 21-го века.

Какова бы ни была наша мощь, Америка сильнее всего тогда, когда мы действуем заодно с мощными партнерами.

Пришло время новой эры в международном сотрудничестве. Пришло время Америке и Европе подтвердить нашу общую решимость бороться с угрозами 21-го века так же, как мы решали проблемы 20-го столетия. Пришло время укрепить партнерские отношения с Японией, Южной Кореей, Австралией и самой населенной демократической страной мира – Индией – для создания стабильной и процветающей Азии. Пришло время вступить в диалог с Китаем по темам общего интереса, включая изменение климата, продолжая в то же время призывать эту страну к созданию более открытого, основанного на рыночных принципах общества. Пришло время укрепить НАТО, ожидая большего от наших союзников, но при этом относясь к ним с уважением, подобающим партнеру. Пришло время реформировать Организацию Объединенных Наций так, чтобы этот несовершенный институт мог стать более совершенным форумом, позволяющим разделить наше бремя с другими, укреплять нашу позицию и продвигать наши ценности. Пришло время углубить наше участие в урегулировании арабо-израильского конфликта, чтобы помочь нашему союзнику Израилю заручиться подлинной и стабильной безопасностью, в то же время помогая палестинцам добиться осуществления их законных устремлений по образованию собственного государства.

Упрочняя отношения с нашими давними союзниками, мы должны находить и новые пути решения новых задач. Именно поэтому я создам Программу партнерства по обеспечению общей безопасности – новый межгосударственный альянс, который позволит укреплять сотрудничество в борьбе с глобальными сетями террористов, в то же время отвергая применение пыток и жестокость. Именно поэтому мы будем работать с Африканским союзом по совершенствованию его возможностей в поддержании мира. Именно поэтому мы построим новое партнерство, которое остановит контрабанду наркотиков и огнестрельного оружия и гангстеризм в Западном полушарии. Все это мы можем предпринять, если готовы сотрудничать со всем миром.

Мы должны будем выделить существенные ресурсы для выполнения приоритетных задач. Я знаю, что помощь в развитии не является наиболее популярной программой, но если я стану президентом, я объясню американскому народу, что такая помощь может стать нашим самым выгодным вкладом в укрепление безопасности всего мира. Так было с планом Маршалла, так будет и сейчас. Именно поэтому я удвою размер нашей помощи иностранным государствам до 50 млрд. долларов к 2012 году и использую ее для обеспечения стабильного будущего в государствах, стоящих на грани хаоса, для устойчивого роста в Африке, для снижения в два раза уровня бедности в мире и для борьбы с болезнями. Я сделаю это для того, чтобы люди разных стран, надеющиеся на светлое будущее, услышали наше послание: “Ваша судьба для нас важна. Ваше будущее – это наше будущее. Нам пора действовать”.