18 августа 2008 года
Брифинг министра обороны США и генерала Картрайта, посвященный ситуации в Грузии
(Если Россия не отступит, это может сказаться на американо-российских отношениях)
Министерство обороны США
Аппарат помощника министра обороны по связям с общественностью
Докладчики: министр обороны Роберт Гейтс и заместитель председателя Объединенного комитета начальников штабов генерал Джеймс Картрайт
14 августа 2008 года
Брифинг в Пентагоне с министром Гейтсом и генералом Картрайтом
МИНИСТР ГЕЙТС: Вчера президент поручил Министерству обороны начать масштабную гуманитарную миссию по оказанию помощи народу Грузии после насилия на минувшей неделе. Один самолет С-17 с грузами из Германии приземлился в Тбилиси в среду, а другой прибыл сегодня рано утром. Ожидается, что гуманитарные миссии продолжатся в предстоящие дни по суше и морю - извините, по воздуху и морю.
Европейское командование США возглавляет военный компонент общей работы по оказанию гуманитарной помощи, проводящейся под руководством Государственного департамента. ЕВКОМ направил вчера в Грузию группу экспертов, которые оценят потребности на местах и дадут рекомендации. Наиболее срочная и первоочередная задача американских военных в данный момент - спасти жизнь и облегчить страдания людям. Соединенные Штаты ожидают, что во время этих гуманитарных операций Россия сделает так, чтобы все каналы связи и транспорта, в том числе морские порты, аэропорты, дороги и воздушное пространство, оставались открытыми. Как сказал президент, мы также ожидаем, что Россия выполнит свое обязательство прекратить все военные действия в Грузии, и мы ожидаем, что все российские силы, которые вошли в Грузию в последние дни, уйдут из страны.
По просьбе грузинского правительства Соединенные Штаты перебросили по воздуху приблизительно 1800 грузинских военнослужащих из Ирака на родину согласно давней договоренности с Грузией.
Прежде чем отвечать на вопросы, я хотел бы также сказать несколько слов о последствиях событий этой недели для наших отношений с Россией в области безопасности. С осени прошлого года мы с государственным секретарем Райс начали, как мы надеялись, постоянный и долгосрочный стратегический диалог с Российской Федерацией. Предполагалось, что у двух наших стран, несмотря на наши разногласия, есть области, представляющие взаимный интерес, где мы можем работать сообща как настоящие партнеры.
Поведение России на прошедшей неделе поставило под сомнение всю перспективу этого диалога и имеет глубокие последствия для развития наших отношений в области безопасности - как на двусторонней основе, так и вместе с НАТО. Если Россия не отойдет от своей агрессивной позиции и действий в Грузии, это может негативно сказаться на американо-российских отношениях в предстоящие годы.
Как вы, наверное, знаете, мы отменили наше участие в многонациональных военно-морских учениях с Россией, которые должны были начаться завтра. Мы также отменили учения "Зоркий орел" с участием США, Канады и России, которые должны были начаться 20 августа. В предстоящие дни и недели Министерство обороны пересмотрит весь спектр наших мероприятий на уровне военных с Россией и внесет необходимые и целесообразные изменения в зависимости от действий России в предстоящие дни.
Спасибо.
ВОПРОС: Господин министр, председатель, не могли бы вы дать нам оценку того, чем, на ваш взгляд, сейчас занимаются российские войска на местах?
Есть все признаки того, что они сейчас не соблюдают перемирия, что, отходя к границе, они уничтожают грузинские объекты.
И, во-вторых, не могли бы вы сказать, что готовы сделать американские военные? Как долго американские военные готовы оставаться в Грузии? Сколько военнослужащих вы готовы туда послать? Окажете ли вы грузинам американскую военную помощь в форме военной техники, чтобы помочь им восполнить потери?
МИНИСТР ГЕЙТС: Позвольте ответить на последнюю часть вашего вопроса, а затем передать слово генералу Картрайту.
Задачей, которую президент возложил на нас в данный момент, является гуманитарная помощь народу Грузии. И сейчас мы целенаправленно этим занимаемся. Затем правительство США перейдет к вопросам восстановления экономики, а также к тому, что надо сделать для оказания помощи грузинским силам безопасности в расчете на долгосрочную перспективу. Вот такая здесь последовательность.
В данный момент у нас на месте будут только те люди, которые необходимы для доставки гуманитарной помощи, а несколько инструкторов, которые уже какое-то время находятся в Грузии. Об этом тоже может рассказать генерал Картрайт.
ГЕНЕРАЛ КАРТРАЙТ: С военной стороны на тактическом уровне трудно точно определить, какие конкретно действия происходят в каждом городе. Но в целом войска начинают выходить из города, в частности из Гори, начинают закрепляться на позициях и готовиться, как вы сказали, к отходу в сторону границы. Мы видим, что это происходит, в частности, в районах вокруг морских портов, вокруг Тбилиси и к северу от Тбилиси на запад в сторону Гори.
Воздушные действия в регионе и его окрестностях резко замедлились. За последние 24 часа действительно не наблюдалось активности в воздухе. Таким образом, мы видим, что они в целом соблюдают договоренность и отходят на позиции, с которых они могут начать упорядоченный вывод войск.
С точки зрения оценок и наших возможных действий группа, которую направило Европейское командование, намерена оценить ситуацию с безопасностью в контексте гуманитарной помощи - какие дороги открыты, где нужна помощь, какая помощь нужна в этих районах, нужна ли медицинская помощь, связь, восстановление инфраструктуры и тому подобное, чтобы мы могли действовать правильно.
Первоначальный пакет поступил на двух рейсах С-17. Это действительно наш стандартный пакет гуманитарной помощи с упором сначала на временное жилье, затем на одежду и медикаменты - привычные вещи, которые, как мы знаем, почти всегда нужны при оказании гуманитарной помощи.
Чего мы не хотим делать, так это создавать там некую гору грузов без системы распределения. Поэтому группа должна также прийти и посмотреть, какова система распределения, можно ли проехать по дорогам. Нормально ли работает дорожный транспорт? Нужно ли нам что-то более мощное? Можно ли начать перемещать грузовые машины? Есть ли у них свои грузовики, и в каком они состоянии? Все эти вопросы мы надеемся выяснить в ближайшие 48 часов.
Вслед за этой группой Государственный департамент и другие ведомства направят группы по оценке обстановки, дадут нам представление о стране и о том, где нужна помощь, чтобы мы могли надлежащим образом ее оказать. Предварительно мы попросили обеспечить, чтобы нам были доступны аэропорты, дороги и морские порты. Такая оценка будет производиться в предстоящие 48 часов.
ВОПРОС: Господин министр, можете ли вы четко сказать, есть ли какая-то перспектива или возможность использования вооруженных сил США в этом конфликте?
И вопрос к генералу Картрайту. Не могли бы вы рассказать о кибернетическом аспекте ситуации. Рассматривали ли вы или специалисты вооруженных сил США кибернетический аспект этого конфликта? Какие выводы вы сделали о том, кто несет ответственность, правильны ли утверждения Грузии? И какой сигнал это подает, может быть, для будущих средств ведения войны?
МИНИСТР ГЕЙТС: В этой ситуации я не вижу никаких перспектив применения военной силы Соединенными Штатами. Я высказался достаточно четко? (Смех)
ГЕНЕРАЛ КАРТРАЙТ: В кибернетическом аспекте в любом случае очень трудно определить источник, и на данном этапе было бы преждевременно пытаться разобраться в данных, которыми мы располагаем, и сделать выводы, хотя мы этим занимаемся. В большинстве случаев мы наблюдали и смогли отследить и проверить искажение сайтов, но не такое сильное, как отказ от обслуживания. Поэтому мы пытаемся разобраться, в чем тут смысл, можем ли мы действительно увязать это с военными действиями, или это была скорее отдельная группа со своими политическими задачами. В данный момент это неизвестно.
Мы извлекли для себя уроки из опыта Эстонии и той работы, которая проводилась там по новому размещению сайтов, необходимых эстонскому правительству. Мы разместили их в разных странах, и они были доступны.
В данный момент есть признаки того, что наблюдается активность на низовом уровне по типу искажения сайтов, но в целом обслуживание доступно. Сети, похоже, восстанавливаются. Поставщики услуг интернета, судя по всему, работают. Поэтому не скажу, что мы возвращаемся к обычному режиму работы, но грузины начинают восстанавливать эти службы и вновь размещать их у себя в стране. И мы еще вернемся к этому и посмотрим.
ВОПРОС: Господин министр, будучи человеком, который многие годы очень внимательно следил за Советским Союзом, а теперь за Россией, как вы оцениваете их военное искусство сегодня? Как они действовали в ходе этого последнего наступления? И каковы последствия - не только для региона, но и для американских военных?
МИНИСТР ГЕЙТС: Прежде всего, у них явно было большое преимущество в воздухе, они смогли задействовать много сил. Мое личное мнение таково, что, как ни странно, с 2004 года каждый август происходили перестрелки между Южной Осетией и Грузией.
А в этом году эскалация произошла очень быстро.
И мне показалось, что русские были готовы воспользоваться благоприятной возможностью и сделали это очень агрессивно, но вышли далеко за рамки простого восстановления автономии Абхазии, не только реализовали свое представление об автономии Абхазии и Южной Осетии, но и наказали Грузию. Они не просто приняли участие в ежегодном обмене ударами, а именно наказали Грузию за то, что она осмелилась стремиться к интеграции с Западом - экономической, политической и в области безопасности.
Думаю, что дополнительно русские подали всем частям бывшего Советского Союза сигнал в отношении попыток интеграции с Западом и выхода из давней сферы влияния России. Считаю, что, получив возможность подавать такой сигнал с широким охватом, они воспользовались этой возможностью.
Что касается оценки их реальных действий, то мы проанализируем это чуть позже. Но в контексте того, что они сделали, а не того, как они это сделали, я бы сказал, что они действовали очень плохо.
ВОПРОС: Господин министр, есть критики, которые говорят, что администрация Буша ободряла президента Грузии, подавая неоднозначные сигналы о том, что мы будем поддерживать наших друзей и воевать вместе с ними, настаивая на членстве в НАТО. Как вы на это ответите?
МИНИСТР ГЕЙТС: Я не считаю, что это так.
На самом деле правительство США все время предостерегало и российскую, и грузинскую сторону с тех пор, как русские начали предпринимать прошлой весной более агрессивные шаги, направив в Абхазию 500 военнослужащих железнодорожных войск, чтобы улучшить там каналы снабжения, и приняв некоторые другие меры. С нашей стороны совсем недавно, в прошлую пятницу, я разговаривал с министром обороны Грузии и призвал проявлять сдержанность.
Я также беседовал с министром обороны России Сердюковым и призвал российскую сторону проявлять сдержанность.
И, конечно, адмирал Маллен с пятницы по воскресенье несколько раз разговаривал со своим российским коллегой. И я вам скажу, министр Сердюков мне заявил, что русские не намерены входить в Грузию. Поэтому, как я говорю, я считаю, что русские увидели возможность и воспользовались ею.
ВОПРОС: В декабре, как вы знаете, вновь возникнет вопрос о членстве в НАТО. Некоторые аналитики и особенно Атлантический совет считают, что вам следует активизировать усилия, добиваясь членства Грузии в НАТО. Может быть, провести встречу до декабря. Имеет ли это смысл?
МИНИСТР ГЕЙТС: Трудно сказать - в этом процессе задействованы 26 стран. Но, конечно, предполагается вновь поднять этот вопрос в декабре.
ВОПРОС: Ранее вы сказали, что эта ситуация фактически может негативно повлиять на американо-российские отношения в предстоящие годы. Публично уже высказывается немало предположений о том, что это может привести к новой холодной войне между США и Россией. Действительно ли США и Россия идут к новой холодной войне?
МИНИСТР ГЕЙТС: Конечно, мы этого не хотим. Откровенно говоря, мы проявляем немалую сдержанность в этом вопросе - я бы сказал, начиная с моего выступления на Мюнхенской конференции в феврале прошлого года, где практически все присутствовавшие восприняли речь нынешнего премьер-министра Путина как очень агрессивную. И мы старались не реагировать в таком духе.
Поэтому, как я указал в своем выступлении, на мой взгляд, то, что будет происходить в предстоящие дни и месяцы, определит будущий курс американо-российских отношений, к тому же, по моему личному мнению, действия, которые Россия предприняла против суверенного государства, должны иметь последствия.
ВОПРОС: Но при вашем опыте и вашей компетентности как вы оцениваете намерения русских? Вы сказали, что США не хотят втягиваться в холодную войну. Каковы, на ваш взгляд, намерения русских?
МИНИСТР ГЕЙТС: На мой взгляд, русские и, я бы сказал, главным образом, премьер-министр Путин, заинтересованы в том, чтобы не только восстановить большую мощь России или статус сверхдержавы, но и вернуть России ее традиционные сферы влияния.
Думаю, предпринимается попытка исправить, как они считают, многочисленные уступки, которые были навязаны им в 1990-е годы, в начале 1990-х годов, после распада Советского Союза. В ходе переговоров с госсекретарем Райс и со мной он называет ДОВСЕ (Договор об обычных вооруженных силах в Европе) "колониальным договором".
Поэтому, думаю, то, что мы наблюдали на примере их обращения с западным бизнесом, а в последнее время и в нынешней ситуации, является попыткой восстановить международный статус России и, к сожалению, сделать это в негативном ключе.
ВОПРОС: Господин министр, каковы последствия в части того, как можно переломить ситуацию? Вы сказали, что они воспользовались возможностью наказать Грузию, подать сигнал другим странам региона, союзникам, которые предпочли быть с Западом, с Соединенными Штатами. Как вновь завоевать их поддержку, их готовность быть с Западом и США. Что вы для этого делаете?
МИНИСТР ГЕЙТС: По-моему, у большинства этих стран, если не у всех, наверное, сейчас больше стимулов быть с нами, чем раньше, после того, как они увидели, что русские сделали в Грузии.
ВОПРОС: И все же, несмотря на ваши самые жесткие протесты, русские по-прежнему занимают один из портов. По сообщениям, которые мы получаем, уходя, они уничтожают некоторые аэропорты. Они контролируют основные дороги.
МИНИСТР ГЕЙТС: Насчет того, что они контролируют, как говорил генерал Картрайт - который может подключиться к этому разговору - мы обнаружили, что многие первоначальные сообщения, которые мы получали о происходящем в Грузии, были неточны. Поэтому возникла немалая путаница в вопросе о том, какова именно обстановка на местах.
По последней информации нам известно, например, что торговый порт в Поти цел и может использоваться. Мы считаем, что русские фактически не применяли никакой блокады. Мы считаем, что торговые суда не заходили в порт просто потому, что там находились российские корабли, а не потому, что их туда не пускали.
Думаю, в перспективе все будут смотреть на Россию сквозь разные наборы линз. На мой взгляд, России предстоит серьезная работа, чтобы вернуться в сообщество стран, которые стараются работать сообща и строить демократию, совместными усилиями строить свою экономику.
ВОПРОС: Ранее вы сказали, что не видите никаких перспектив применения военной силы. Обычно министр обороны в администрации США никогда не исключает никаких возможных вариантов.
Почему вы сейчас публично исключаете вариант каких-либо военных действий? Какой сигнал это подает России?
И еще дополнительные вопросы к генералу Картрайту.
МИНИСТР ГЕЙТС: Позвольте мне ответить на этот вопрос, а то если вы слишком далеко уйдете, я про него забуду.
Прежде всего, я высказывался в контексте нынешней ситуации. Как указал генерал Картрайт, по имеющейся у нас информации, прежде всего, воздушные коридоры открыты, так что мы имеем возможность доставлять гуманитарные грузы.
Мы не видели никаких признаков того, что они блокируют дороги. Именно это должна подтвердить группа, проводящая там обследование. Похоже, они отводят свои силы в Абхазию и в зону конфликта в сторону Южной Осетии. Как раз в этих рамках я и прокомментировал ситуацию.
Но я бы сказал еще кое-что в общем плане. Соединенные Штаты 45 лет очень упорно работали над тем, чтобы не допустить военной конфронтации с Россией. Не вижу оснований менять этот подход сегодня.
ВОПРОС: Тогда у меня такой вопрос. Вы говорите, что они уходят. Но если я вас правильно понимаю, вы по-прежнему видите российские силы в Южной Осетии и Абхазии. Приемлемо ли для вас, господа, то, что российские войска продолжают оставаться там? И самое главное: считаете ли вы, что вы можете доверять России? Считаете ли вы, что вы можете доверять Владимиру Путину?
(Смех)
МИНИСТР ГЕЙТС: Прежде всего, думаю, нам надо подходить к этому последовательно. Как мне кажется, первая цель - добиться того, чтобы русские вернулись в зону конфликта, а затем на территорию Абхазии и Южной Осетии.
Затем скорее перед Государственным департаментом, перед госсекретарем Райс и ее коллегами в Европе и России, встает вопрос о том, какие долгосрочные механизмы поддержания мира можно выработать для Абхазии и для Южной Осетии.
В обоих этих местах находились российские, как они их называют, миротворцы, в голубых касках. Останутся ли они там, как долго они там будут оставаться и так далее - это, насколько я могу судить, станет предметом переговоров.
Считаю маловероятным участие Соединенных Штатов в миротворческих операциях нашими собственными силами. Но я убежден, что, наверное, мы были бы готовы оказывать поддержку и способствовать этому.
Иными словами, если мы сможем обеспечить воздушный транспорт, чтобы доставить людей в Грузию и оказать прочие виды подобной поддержки, полагаю, если президент это одобрит, мы будем готовы это сделать.
ГЕНЕРАЛ КАРТРАЙТ: Я бы поставил только еще одно условие: они не только возвращаются на исходные позиции, но и сокращают численность войск до уровня, который имел место, так сказать, до конфликта.
ВОПРОС: Так вы еще доверяете Владимиру Путину?
МИНИСТР ГЕЙТС: "Еще" - это интересное добавление (Смех). Я никогда не считал, что политику в области национальной безопасности надо строить на основе доверия. Полагаю, политика в области национальной безопасности должна быть основана на интересах и на реалиях.
ВОПРОС: Говоря о масштабах и объеме проводимой операции, не могли бы вы дать представление о морских кораблях и других средствах, которые могут быть использованы при таком очень наглядном проявлении политики США?
ГЕНЕРАЛ КАРТРАЙТ: В данный момент ожидаем выводов группы по оценке обстановки. Но мы, конечно, подготовили два корабля-госпиталя, "Комфорт" и "Мерси", чтобы они могли прибыть туда по нескольким причинам. Во-первых, если понадобится медицинская поддержка. Это, конечно, полезно, но они также производят в больших количествах пресную воду и тому подобные вещи. Поэтому они были бы двумя потенциальными средствами.
Но мы готовим несколько ресурсов - полевые госпитали, которые предполагается доставить по воздуху в более отдаленные районы - скажем, внутрь страны, где может понадобиться медицинская и гуманитарная помощь.
Помимо этого, с точки зрения поставок мы смотрим, чем мы располагаем на наших морских передовых рубежах, поскольку там тоже есть такие вещи, как предметы гуманитарной помощи, вода и прочее, а также средства инженерной поддержки. Все это только готовится, никаких перемещений не будет до тех пор, пока мы не получим информации от группы, проводящей оценку.
ВОПРОС: А как насчет сбрасывания грузов с воздуха, как это делалось в середине 90-х в районах Сербии и Боснии? Есть ли с этим проблемы?
ГЕНЕРАЛ КАРТРАЙТ: Такими возможностями мы, конечно, располагаем. Но вероятность того, что мы будем использовать их в данной ситуации, меньше, поскольку там есть несколько аэропортов. Но если группа, производящая оценку, решает, что иных возможностей для передвижения нет, нам приходится прибегать к этому варианту.
Но на этой территории есть, по крайней мере, достаточно развитая транспортная система с аэропортами и дорогами. Так что вряд ли мы будем это делать. И это труднее, потому что при этом повреждается поступающее оборудование - продовольственные поставки, что угодно. Доставка грузов - это более точный способ.
ВОПРОС: Вы не ожидаете помех, еще одного сигнала от русских в ближайшие несколько дней, не боитесь, что они будут играть мускулами, в отдельных случаях препятствуя гуманитарной работе?
ГЕНЕРАЛ КАРТРАЙТ: У нас очень хорошие контакты по передвижению наших самолетов, из которых 14 доставили грузинских военнослужащих на родину, еще два привезли гуманитарную помощь, а третий доставит группу экспертов. По этим вопросам у нас очень хорошее сотрудничество и диалог.
ВОПРОС: Генерал, когда эта группа будет производить свои оценки, будет ли она выезжать в зону конфликта?
Если это так, какое войсковое охранение или правила применения силы будут действовать?
И, если можно, господин министр, вы говорили о последствиях. Вы сказали, что должны быть некие последствия. И вы изложили, какими, на ваш взгляд, они должны быть, если это будет продолжаться, если Россия не выполнит своих обязательств.
Но если они будут продолжать сокращать численность войск или отводить их, как вы сказали, какими, на ваш взгляд, были бы уместные последствия в этом случае?
ГЕНЕРАЛ КАРТРАЙТ: Группа экспертов начнет свою работу в Тбилиси с оценок, основанных на информации местного правительства, национального правительства о том, какова, по их мнению, реальная ситуация. Затем они начнут выезжать, исходя их возможностей для передвижения.
Они всегда сохраняют за собой право на самооборону, но они не ведут разведки, чтобы найти вооруженные силы. Они пытаются найти возможности для транспортировки грузов. Каков характер обстановки в регионе с точки зрения национальной безопасности?
Я не ожидаю, что они будут кому-то противостоять. Это не их задача. Они находятся там просто для того, чтобы выяснить, что происходит. Мы направили уведомление. И продолжим направлять уведомления, чтобы русские в данном случае знали, где они находятся и когда перемещаются.
МИНИСТР ГЕЙТС: Я думаю, что русские уже сталкиваются с последствиями в силу характера своих действий в Грузии, той карательной миссии, за которую они взялись. О первом из них я уже говорил. Думаю, все страны Европы и по окраинам России, независимо от содержания их публичных заявлений, теперь смотрят на Россию под другим углом.
ВОПРОС: Но что это означает на практике?
МИНИСТР ГЕЙТС: Думаю, это означает, что с точки зрения международных институтов, с точки зрения сотрудничества с Россией, с точки зрения отношений в целом между многими странами и Россией возможны последствия.
ВОПРОС: Только что вы сказали, что американские военнослужащие вряд ли будут миротворцами в Грузии. Почему?
МИНИСТР ГЕЙТС: Прежде всего, мы, кажется, действительно заняты другими делами. Поэтому есть вопрос о ресурсах. Но в то же время полагаю, что в данной ситуации мы более заинтересованы в использовании миротворцев из Европы. С чисто политической точки зрения.
ВОПРОС: Когда вы говорите о том, что русские воспользовались благоприятной возможностью, подразумеваете ли вы, что они планировали это заранее?
МИНИСТР ГЕЙТС: Я не уверен.
Последний вопрос.
ВОПРОС: Ранее вы говорили, что большинство первоначальных сообщений об этом оказались неверными. Не привело ли отсутствие точных разведданных к замедленной реакции администрации? Сказалось ли это на вашем понимании ситуации на местах по мере ее развития?
МИНИСТР ГЕЙТС: Думаю, отчасти на наш подход повлияло то, о чем нам говорили как раз российские представители.
Я уже упоминал разговор, состоявшийся у меня с министром Сердюковым, и беседы председателя с генералом Макаровым, беседы госсекретаря Райс с министром Лавровым.
Думаю, на самом деле в большинстве подобных ситуаций выясняется, что первоначальные сведения о происходящем часто не соответствуют действительности. Не только в Грузии.
Всем большое спасибо.
