16 апреля 2009 года

Гуманитарные работники могут страдать от недиагностированных психологических травм

(Сотрудники гуманитарных миссий должны помогать самим себе, чтобы лучше помогать другим)

 

Сотрудники гуманитарной миссии в Каланге, Индонезия, описывают последствия стресса для их организма

Сотрудники гуманитарной миссии в Каланге, Индонезия, описывают последствия стресса для их организма

Вашингтон. Сотрудники гуманитарных миссий достойны восхищения, потому что они помогают общинам восстанавливаться после стихийных бедствий и вспышек насилия. Однако в ходе своей благотворительной работы они сами испытывают стрессы и психологические травмы, сталкиваясь с трагическими ситуациями, пытаясь преодолеть собственные ограничения, а затем покидая регион по окончании миссии.

Долгие часы самоотверженной работы могут привести к тому, что гуманитарные работники игнорируют сигналы о необходимости решения своих собственных проблем. А между тем следить за своим психологическим состоянием совершенно необходимо, чтобы ваша работа по оказанию чрезвычайной помощи была эффективной, утверждает Нэнси Гуд Сайдер, преподаватель кафедры психологической травмы и урегулирования конфликтов Восточного меннонитского университета в Гаррисонбурге, штат Вирджиния.

С целью поддержания психологического здоровья сотрудников гуманитарных миссий Гуд Сайдер недавно посетила ряд стран, пострадавших от цунами 26 декабря 2004 года, в которых завершение работ по оказанию помощи планируется на 2010 год.

“Если вы хотите помогать другим людям, нужно прежде всего помочь себе”, – сказала она в интервью веб-сайту America.gov. С этой целью она попросила сотрудников гуманитарной миссии описать инструменты, которыми они пользуются в своей работе и которые должны поддерживаться в хорошем состоянии. Ответы варьировались от компьютеров до молотков и других инструментов. “Никто из работников не включил в этот список самого себя. А главным инструментом являются они сами”, – сказала она.

ГУМАНИТАРНЫЕ РАБОТНИКИ ПОДВЕРЖЕНЫ “ВТОРИЧНОЙ ТРАВМЕ”

Находясь в зоне стихийных бедствий, гуманитарные работники, по словам Гуд, иногда становятся жертвами “вторичной травмы”, которая может вызывать депрессию, стресс и другие симптомы. “Чем больше мы сопереживаем и заботимся о других, тем чаще у нас могут возникать симптомы психологического истощения и вторичной травмы, – пояснила она. – Персонал гуманитарных миссий реагирует на нужды других”, но позитивным результатам их работы часто вредит склонность акцентировать внимание на неудобствах, критике и ограничениях.

Необходимо “мириться с тем, что вы делаете все от вас зависящее, и не следует винить себя, если не все получается идеально, – сказала Гуд. – И стресс является нормальной частью усилий по оказанию чрезвычайной помощи. ...Вам приходится за сжатые сроки выполнять огромный объем работы, помогая жертвам страшных бедствий, а иногда и насилия. Это может привести вас к депрессии, ночным кошмарам, накоплению раздражения внутри себя или вымещению его на окружающих”. Признание необходимости сделать шаг назад “отнюдь не является признаком слабости, эгоизма или потери рассудка. ... Вы должны позаботиться о себе ради того, чтобы быть в состоянии помочь другим”.

Работа, проводимая Гуд Сайдер, связана с другими программами лечения психологических травм, предлагаемыми в Центре справедливости и миростроительства Восточного меннонитского университета.

Нэнси Гуд Сайдер учит приемам управления стрессом и поддержания психологического здоровья

Нэнси Гуд Сайдер предлагает гуманитарным работникам усвоить три приема управления стрессом и поддержания психологического здоровья, “три правила Нэнси”: внимательность, оценка и выбор.

Внимательность – это способность распознавать симптомы, свидетельствующие о том, что вы страдаете от стресса или травмы. Например, по словам Гуд Сайдер, она сама научилась улавливать напряжение мышц на задней стороне шеи в качестве тревожного сигнала.

Оценка – это осознание бремени, которое налагает на вас стресс. Гуд Сайдер рассказала, что она обычно носит с собой чашку кофе и спрашивает гуманитарных работников в разное время дня, сколько, на их взгляд, она весит. Идея этого эксперимента, сказала она, “не столько в том, чтобы определить, испытываю ли я стресс, сколько оценить, как я с ним справляюсь, следя за тем, в какой степени он давит на меня в разное время. К тому же в реальной обстановке я не просто держу кофе, но и делаю многое другое – поднимаю одно, несу другое, выполняю другие задачи. И это продолжается изо дня в день”.

Кроме того, оценка важна для того, чтобы понимать значение посттравматического восстановления, которое появляется у людей: например, они обретают новые силы или открывают в себе новые резервы. Эти факторы могут компенсировать некоторые негативные последствия травмы.

Выбор предполагает сознательное решение снять стресс, дабы избежать саморазрушения. “На стресс надо реагировать, его нужно высвобождать и преодолевать, а не игнорировать”.

Гуд Сайдер собирает работников и просит их завершить фразу: “Я могу позаботиться о себе, но ...” и дать объяснение. Это помогает им осознать препятствия, которые затрудняют повседневную работу по оказанию самопомощи. Затем она спрашивает, какими приемами они пользуются для поднятия духа.

ОКОНЧАНИЕ МИССИИ МОЖЕТ СТАТЬ ПРИЧИНОЙ ТРЕВОЖНОСТИ

Поскольку работа по оказанию помощи жертвам цунами в основном завершится в 2010 году, Гуд Сайдер призвала лидеров миссий заранее проводить беседы на эту тему с сотрудниками и составлять планы на будущее в связи с предстоящими изменениями. “Любые перемены вызывают стресс, особенно окончание работы”, – сказала она. Дело не только в том, что разрываются установившиеся близкие отношения. “Вы знаете, с чем расстаетесь, но не знаете, что вас ожидает, и это вызывает очень неуютное ощущение. У всех появляется тревожность”. Работники должны знать не только о том, что им это предстоит, но и о том, какие именно чувства у них могут возникать. Период завершения работы и перехода к другой работе всегда повышают стресс у работников организации, поэтому очень важно знать, что такие ощущения вполне “нормальны и естественны”: нужно просто принять определенные меры для сохранения психологического равновесия.

Гуманитарные работники зачастую бывают убеждены, что “эта работа – их призвание”. “Они всеми силами стремятся помочь пострадавшим”, – сказала Гуд Сайдер. Но они должны быть лучше подготовлены к тому, что ожидает их на практике.

Перед тем, как пожарным разрешат войти в горящее здание, их учат не только тому, как пользоваться оборудованием для пожаротушения. Они проходят всестороннюю подготовку и получают исчерпывающую информацию о том, как выполнять работу, как спасти себя от травм и от переутомления. Совершенно иначе обстоит дело с теми, кого направляют в зоны конфликтов и стихийных бедствий, отметила Гуд Сайдер.

“Я не думаю, что мы поступаем правильно, когда, отправляя людей на выполнение этой очень важной работы, мы учим их только строить дома, фильтровать питьевую воду и следить за санитарией и гигиеной. Нам необходимо также прививать гуманитарным работникам основные умения и навыки по борьбе со стрессом, психологической реабилитации и поддержанию духа”, – подчеркнула она.