17 ноября 2009 года

Заявления президента Обамы и президента Медведева

Лидеры затронули тему подготовки договора СНВ, проблему Ирана и другие вопросы

 

(начало стенограммы)

Белый дом

Офис пресс-секретаря

15 ноября 2009 года

Заявления президента Обамы и президента России Медведева после их двусторонней встречи

Гостиница Shangri-La

Сингапур

15:35 по сингапурскому времени

ПРЕЗИДЕНТ ОБАМА: Все готовы? Мы только что провели еще одну отличную встречу с президентом Медведевым. Мы обсудили две основные темы, одна из которых – наши совместные усилия по заключению нового договора по СНВ.

Как многие из вас знают, в ходе нашей первой встречи, которая состоялась во время моего визита в Москву, мы пришли к пониманию, что нашим странам целесообразно приступить к дальнейшему сокращению наших ядерных арсеналов. За последние несколько месяцев нашими представителями на переговорах был достигнут замечательный прогресс. Наша цель остается прежней – завершить переговоры и успеть подписать соглашение до конца года. И я уверен, что, если мы будем усердно работать с oсознанием важности этих усилий, мы сможем добиться результата. И я уверен, что обе стороны пытаются проработать ряд сложных технических вопросов, и делают это добросовестно.

Я благодарю президента Медведева за его инициативу и руководство в этом вопросе.

Второй вопрос, который мы обсудили, касался проблемы Ирана. На первой моей встрече с президентом Медведевым я подчеркнул наше желание постараться решить вопрос о ядерном потенциале Ирана в конструктивном духе. И я был твердо убежден, что если такие страны, как Соединенные Штаты и Россия, смогут предложить Исламской Республике Иран два пути, две дороги, одна из которых ведет к дальнейшей интеграции, возможности получать мирную ядерную энергию, но при этом Иран обязательно отказался бы от ядерного оружия, то это было бы самым позитивным результатом.

Альтернативный вариант включает подход, предусматривающий усиление давления на Иран, с тем чтобы добиться от него соблюдения своих международных обязательств. Наша озабоченность в этой связи усилилась с обнаружением объекта в Куме, информацию о котором Иран не представил надлежащим образом, и с того момента мы проводим постоянные консультации с россиянами с целью выработки для Ирана очень четкого, конкретного и справедливого предложения в рамках мер по укреплению доверия, включая предложение по вывозу из Ирана низкообогащенного урана, его переработке и ввозу обратно в Иран. Это позволило бы иранцам продемонстрировать свою способность производить мирную ядерную энергию без наращивания потенциала создания ядерного оружия.

К сожалению, по крайней мере, на данный момент Иран, похоже, неспособен согласиться с подходом, который все считают созидательным и конструктивным. И это не только позиция США, но и позиция МАГАТЭ и ее генерального директора, господина Эль-Барадеи.

Время для реализации этого подхода истекает. Поэтому мы говорили с президентом Медведевым о том, что необходимо и впредь уделять этой проблеме особое внимание, а также о том, что остается верным подход, предусматривающий два пути развития ситуации, необходимость которого была подтверждена в ходе наших предыдущих дискуссий. И мы считаем, что Соединенные Штаты и Россия продолжат призывать Иран пойти по пути, который приведет его к выполнению своих международных обязательств. Мы не можем на это рассчитывать, и мы начнем обсуждать этот вопрос и готовиться к другим путям.

И в заключение я бы хотел сказать, что мы обсудили ряд других вопросов, касающихся экономики и безопасности, в том числе проблему Афганистана. И, как всегда, президент Медведев откровенно, содержательно и конструктивно изложил свой подход к этим вопросам в свете американо-российских отношений. Я искренне считаю, что “перезагрузка” наших отношений сработала, и мы движемся в правильном направлении.

Спасибо.

ПРЕЗИДЕНТ МЕДВЕДЕВ: Мне хотелось бы сказать о том, что мы действительно в конструктивной и доверительной атмосфере, которая характеризует наши отношения с президентом Обамой, провели этот час. Обсудили несколько тем. Все они были сейчас названы президентом Обамой. Я еще раз хотел бы сказать, что мы действительно значительную часть времени посвятили обсуждению будущего договора об ограничении стратегических наступательных вооружений. Мы договорились о том, чтобы придать дополнительную динамику этим переговорам, найти развязки по тем вопросам, которые еще остаются, потому что в ряде случаев это технические моменты, в ряде случаев это моменты, которые требуют уже политического решения. Но для этого и существует президентский уровень. Мы дадим поручения нашим помощникам заниматься этими вопросами.

Рассчитываю, что действительно, как мы и договаривались изначально, в момент нашей первой встречи, которая состоялась в Лондоне, а впоследствии во время наших других бесед, мы сможем выйти на окончательный текст документа в декабре. И это будет наш совместный вклад в укрепление международной безопасности. Потому что это именно та тема, где от позиций Российской Федерации, Соединенных Штатов Америки зависит в целом климат – климат по вопросу, связанному с ограничением стратегических носителей, стратегических ядерных сил.

На нас смотрит мир, и от того, насколько мы хорошо друг друга слышим, даже в прежние годы зависела ситуация в мире, а сейчас это тем более важно, потому что мы сейчас не разделены теми идеологическими барьерами, которые были, а, наоборот, стараемся решать те задачи, которые на нас возложены, максимально дружеским и конструктивным путем.

Еще одна тема, о которой мы говорили с президентом Обамой, касается Ирана. Действительно, за последнее время мы провели целую серию консультаций с нашим совместным участием. Кое-что удалось сделать. Но я считаю, что благодаря нашей совместной работе все-таки этот процесс не остановился, не превратился в какой-то камень преткновения, который уже невозможно обойти, а, наоборот, этот процесс идет. Тем не менее, нас действительно не вполне устраивают темпы, в рамках которых развивается этот процесс.

Мы рассчитываем на то, что в результате нашей совместной работы с Ираном мы сможем выйти на те соглашения, о которых говорили раньше, и программа Ирана будет носить мирный характер, не будет создавать такое количество вопросов, которое сегодня существует и у наших стран, и у международного сообщества. Но для этого предстоит предпринять еще определенные усилия.

И при этом, конечно, мы, как, надеюсь, здравомыслящие политики, понимаем, что всякий процесс должен иметь конечный характер. Процесс переговоров существует не ради получения удовольствия от самого процесса, а для достижения вполне практических целей. Здесь цель понятна – это прозрачная, современная мирная ядерная программа, а не какая-то программа, которая вызывает вопросы и обеспокоенности у мирового сообщества. Ради этой цели мы намерены трудиться и дальше и надеемся, что такого рода наша совместная работа принесет результат. Если у нас что-то не будет получаться, соответственно, остаются все те средства, которые раньше упоминались, для того чтобы двигать процесс по-другому.

Мы также говорили с президентом о других темах. У нас, слава богу, отношения не ограничиваются только ограничением стратегических вооружений или какими-то проблемными ситуациями. Мы говорили об экономических темах, говорили о том, что нам необходимо предпринять для того, чтобы на многострадальной афганской земле все-таки когда-то восторжествовал мир, и появилось современное адекватное государство, которое будет способно решать очень разные вопросы, стоящие сегодня перед Афганистаном. Для этого мы тоже готовы совместно трудиться.

Я хотел бы поблагодарить моего коллегу, президента Барака Обаму, за то, что мы в такой товарищеской атмосфере уже не первый раз обсуждаем самые разные вопросы, и за его стремление найти ответы на те проблемы, с которыми сталкиваются наши страны и весь мир. Я благодарю вас, Барак.

ПРЕЗИДЕНТ ОБАМА: Всем спасибо.

ОКОНЧАНИЕ 15:44 по сингапурскому времени

(конец стенограммы)

( Распространено Бюро международных информационных программ Государственного департамента США. Веб-сайт: http://www.america.gov/ru )