24 ноября 2008 года

Ведущие страны добираются до корней финансового кризиса

(Импульс к сотрудничеству в области регулирования может помочь предотвратить хаос в будущем)

Ангела Меркель, Жозе Мануэль Баррозу, Хосе Луис Сапатеро, Реджеп Эрдоган, Гордон Браун и Джордж Буш на саммите "двадцатки"

Вашингтон. Группа ведущих экономических держав продемонстрировала готовность преодолевать глобальный финансовый кризис, добиваясь реформы финансовой системы.

Американские аналитики расходятся во мнениях о результатах саммита "Большой двадцатки". Диапазон оценок - от "не разочарование, но и не триумф" до "лучше, чем ожидалось".

Точка зрения Барри Айхенгрина находится где-то в середине. Айхенгрин, преподаватель экономики и политологии в Калифорнийском университете в Беркли, заявил America.gov, что было бы нереалистично рассчитывать на то, что руководители 19 стран с промышленно развитой экономикой и формирующимся рынком, плюс Европейский союз, "за один день решат все мировые экономические проблемы".

Уэнди Добсон, глава Института международного бизнеса при университете Торонто, указала, что с учетом минимального времени на подготовку руководители сделали то, что нужно: положили начало новому процессу с четкими приоритетами, экспертной рабочей группой, сроками и запланированными последующими заседаниями.

Некоторые одобренные на совещании идеи о среднесрочной реформе регулирования - такие, как усиление надзора за сложными финансовыми продуктами или укрепление сотрудничества в области регулирования, - обсуждались еще до саммита. Однако на саммите удалось упорядочить процесс реализации некоторых идей, а также расширения сферы действия и ускорения внедрения других.

По словам Айхенгрина, "в этом отношении достигнут определенный прогресс", хотя на реальные изменения могут уйти месяцы или годы.

Основной центр тяжести в рекомендациях саммита приходится на области, которые способствовали возникновению хаоса на рынке - сложные финансовые продукты, хеджевые фонды, внебиржевую торговлю, внебалансовый бухгалтерский учет и управление банками. Приведут ли эти рекомендации к возникновению более совершенной финансовой системы с меньшей вероятностью кризиса - будет зависеть от особенностей их реализации, считают аналитики.

Однако возможности для поступательного развития существуют, указал Айхенгрин. По его словам, после регионального финансового кризиса в конце 1990-х годов азиатские страны с помощью многосторонних финансовых органов выявили проблемные области и провели ряд реформ. В результате Азия пострадала значительно меньше, чем любой другой регион.

На сей раз министры финансов и органы регулирования должны решить проблемы, которые являются следствием глобализации финансовых рынков.

Главная проблема - недостаточность национального регулирования трансграничных финансовых потоков и инноваций, заявила Добсон в интервью America.gov. По ее словам, некоторые предложения "Большой двадцатки", в том числе о создании коллегии банковских инспекторов, представляют собой попытку решить эту проблему путем усиления контроля над финансовыми нововведениями без их удушения. Какую бы форму в итоге ни принял усиленный контроль, "органы регулирования должны сотрудничать более тесно", отметила Добсон.

"Есть надежда, что это станет одной из крупных перемен, обусловленных кризисом", - сказала она.

По словам Айхенгрина, кризис показал, что регулирование на национальном уровне действительно неэффективно применительно к взаимосвязанным рынкам. Например, когда обеспеченные закладными ценные бумаги в США дали сбой, это привело к банкротству небольшого города в Норвегии, а крах крупных банков в Исландии затронул вкладчиков в Великобритании и Нидерландах.

Но поскольку мы все еще живем в мире суверенных государств, отметил Айхенгрин, радикальные попытки перестроить глобальную финансовую архитектуру, скорее всего, предприниматься не будут. "Глобальный орган финансового регулирования у нас появится примерно одновременно с глобальной армией", - сказал он. Новый финансовый порядок, по его мнению, будет просто усиленной версией старого.

Превращение Форума финансовой стабильности - международного консультативного органа по установлению стандартов - в мозговой центр реформ и расширение его состава за счет стран с развивающимся рынком ставят реформу на верный путь, полагают многие аналитики. По словам Айхенгрина, Международный валютный фонд (МВФ) может еще дальше продвинуть по этому пути реформу глобальной финансовой системы, выполняя свои уставные обязанности.

До сих пор МВФ не играл предписанной ему роли в финансовой системе, поскольку могущественные государства-участники часто отказывались подчиняться правилам фонда, указывают эксперты. Предпринимавшиеся в последние годы попытки сделать организацию более представительной и эффективной не принесли больших перемен.

К тому же эффекту приведет и обращение к МВФ с просьбой обеспечить исполнение действующих правил и новых стандартов, устанавливаемых Форумом финансовой стабильности, в будущем, если страны-члены не придадут фонду больше легитимности и самостоятельности, считают наблюдатели.

По мнению Айхенгрина, МВФ и в дальнейшем будет неохотно критиковать финансовую практику стран, которые его финансируют, если он не станет более обособленным от политики.

Согласованные лидерами немедленные шаги по противодействию резкому замедлению темпов экономического роста вызвали у ряда аналитиков определенное разочарование. "Большая двадцатка" одобрила фискальные меры по стимулированию спроса вообще, но не выдвинула плана скоординированных действий. Группа также призвала к достаточному финансированию по линии МВФ для поддержки стран с формирующимся рынком и развивающейся экономикой, но не рекомендовала конкретного уровня.

Самой существенной частью согласованных шагов некоторые считают обещание не создавать новых барьеров на пути торговли или инвестиций в течение года и предпринять еще одну попытку завершить зашедшие в тупик переговоры о мировой торговле. "Крайне важно, чтобы они выполнили это обязательство", - заявил Айхенгрин.