14 октября 2009 года

Госсекретарь Клинтон в эфире радиостанции “Эхо Москвы”

Госсекретарь ответила на вопросы об отношениях с Россией, Китаем и о правах человека

Государственный департамент США
Офис пресс-секретаря

Интервью госсекретаря Хиллари Клинтон

на радиостанции “Эхо Москвы”

14 октября 2009 г.

Москва, Россия

А. ВЕНЕДИКТОВ – 9 часов 24 минуты в Москве. Всем доброе утро. В эфире «Эхо Москвы» госсекретарь США Хиллари Клинтон. Доброе утро, госпожа госсекретарь.

Х. КЛИНТОН - Доброе утро.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Госпожа госсекретарь, только что мы провели голосование среди нашей аудитории и спросили: стоит ли президенту Медведеву доверять президенту Обаме. 68% наших слушателей – да, стоит, 32% - не стоит доверять. Что бы вы сказали этим не верящим людям, этим 32%?

Х. КЛИНТОН - Во-первых, я попросила бы их согласиться с тем, что президент Обама очень откровенен и очень предан делу работы вместе с президентом Медведевым и с Россией. Нет сомнения, что это трудно по разным причинам, но те 60%, которые сказали «да», они понимают, что у России и США столько общего, что мы должны более тесно работать вместе. И у нас есть теперь возможность с нашими двумя президентами создавать новые взаимоотношения. И мы движемся в этом направлении.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи вы вчера провели очень длинную встречу с господином Лавровым. Зачем вы встречались с господином Медведевым? Это был протокол, просто визит вежливости?

Х. КЛИНТОН - Я часто встречаюсь с несколькими официальными лицами в тех странах, которые посещаю. Вполне обычно, что я встречаюсь с президентами и министрами иностранных дел и премьер-министром. По трем причинам. Во-первых, чтобы передать обязательства, которые я и президент Обама и другие чувствуем в отношении высших уровней правительства. Во-вторых, в более глубоком ракурсе рассмотреть с другими официальными лицами те вопросы, над которыми мы работаем вместе. В-третьих, хотя мы живем в период, когда все связываются через Интернет, ничего нет, что заменит личные отношения. И в конечном итоге президент задает политический курс. Я претворяю в жизнь политику президента Обамы. Министр Лавров реализует политику своего президента. И поэтому надо быть уверенными, чтобы все мы находились в контакте. Это очень важно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В российских школах есть такая система оценок. Вам ставят единицу, если у вас ничего не получилось и вам ставят пятерку, если у вас все получилось. Как бы по этой шкале вы оценили свою встречу с президентом Медведевым? По школьной шкале.

Х. КЛИНТОН - Я думаю, у нас была очень успешная встреча. Я не хочу давать оценки, потому что это не мое дело. Но я очень удовлетворена встречей, она была открытой, я нахожу, что и во встречах, на которых я участвовала и в Лондоне, и в Нью-Йорке с президентом Обамой и Медведевым, что президент Медведев очень знающий, он интересуется вопросами. Нет темы, по которой он не может отреагировать, по которой он не хочет выразить мнение.

У двух президентов отличная личная химия, они доверяют друг другу. Это не значит, что мы придем к согласию. Даже в семье не всегда во всем соглашаешься. Но это означает, что есть некая атмосфера доброй воли, позитивного настроя, что мы можем делать многое вместе, что раньше было невозможно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи сожалеете ли вы, госпожа госсекретарь, что вам не удалось встретиться с еще одним сильным человеком в России – с господином Путиным, который находится в Китае.

Х. КЛИНТОН - Мне было бы приятно встретиться с премьер-министром Путиным. И конечно у нас было намерение это сделать, но по сроку не получилось. Надеюсь увидеть его в будущем.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи в Китае подписано очень много соглашений сейчас премьер-министром буквально вчера. Является ли союз России и Китая угрозой для интересов США. Как вы смотрите на это сближение, госпожа госсекретарь?

Х. КЛИНТОН - Послушайте, я верю в то, что существует мир, в котором признается наша взаимозависимость и наши связи. Мы не живем в двуполярном мире или многополярном мире. Мы живем в мире, который взаимозависим. Нам нужны разные партнеры. Мне нравится о многопартнерском мире с разнообразными связями.

Гораздо лучше иметь обстановку, в которой такие страны как Китай и Россия сотрудничают, чтобы повысить благосостояние и экономическое процветание своих народов. И это хорошо не только для Китая и России, но и для всего мира. Америке не угрожают отношения между другими странами, они не вызывают у нее беспокойства. Мы лишь хотим быть уверенными в том, что существует чувство справедливости, равенства в  мире партнерств, который мы создаем. Потому что перед нами так много сложных задач и вызовов.

Поэтому необходимо, чтобы такие страны как Россия, Китай и США повели за собой других против сил разъединения и разрушения, чтобы мы могли вместе выстоять в борьбе с теми, кто пытается подорвать те усилия, которые мы предпринимаем.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи считаете ли вы, что позиции России и США и Китая по Ирану сейчас ближе, чем полгода назад?

Х. КЛИНТОН - Да, считаю. У нас есть этому доказательство. Во время Генеральной ассамблеи ООН я была на встрече с министром Лавровым, министром Янгом из Китая и нашими другими коллегами. И мы договорились об очень сильном заявлении, в котором было сказано Ирану, что международное сообщество ожидает от Ирана выполнения своих обязательств и обязанностей. И мы там сказали, что хотим заниматься дипломатией, но это может не сработать. Мы предпочитаем дипломатический вариант. Но как сказал президент Медведев, иногда санкции и давление неизбежны, мы пытаемся работать таким путем.

И на встрече 5+1 в Женеве в октябре мы договорились об очень важных шагах. Во-первых, Иран открывает свои секретные объекты для инспекции. Во-вторых, они согласились высылать свой низкообогащенный уран для переработки в Россию. В-третьих, они согласны продолжать этот диалог на еще одной встрече, которая предстоит в ближайшем будущем. Я думаю, что мы далеко продвинулись за последние 6 месяцев.

А как добиться нашей цели – а именно, не допустить того, чтобы Иран стал ядерной державой? У них есть право на мирную ядерную энергию, но они не имеют права на создание ядерного оружия. И поэтому мы должны тесно сотрудничать, работать, что мы и делаем. И президент Медведев как раз вчера это подтвердил.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи мы говорим о ядерном нераспространении, госпожа госсекретарь. Сегодня ночью по Москве ваш любимый телеканал «Фокс» заявил о том, что вы договорились с господином Лавровым, будто бы русские военные, наши военные смогут инспектировать американские ядерные объекты. Смогут проводить инспекции. Вы могли бы подтвердить или опровергнуть эту информацию, что вы договорились о таких инспекциях?

Х. КЛИНТОН - Мы договариваемся по сокращению стратегических вооружений. Как часть этого соглашения мы хотим установить систему проверок. И такие проверки будут включать визиты наших экспертов на объекты каждой из сторон. Мы открыто подходим к этому, мы хотим, чтобы Россия знала, что мы выполняем условия договора и хотим, чтобы с другой стороны также было такое же понимание. Мы хотим определенного уровня верификации. Так что это часть того, о чем ведутся переговоры. Мы надеемся, что мы завершим нашу работу над этим договором к 5-му декабря.

А. ВЕНЕДИКТОВ – К 5 декабря вы сказали?

Х. КЛИНТОН - Такова наша цель. Потому что нынешнее соглашение истекает 5-го декабря. И поэтому мы хотим, чтобы новый договор заменил старый.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Вы оптимистичны в том, что это возможно?

Х. КЛИНТОН - Да. И меня очень обнадежило то, что сказал президент Медведев вчера. Давайте сделаем это. Он сказал: наши переговорщики должны поехать в Женеву, их надо запереть в комнате, пусть они там переговариваются и завершат работу. Я сказала: ладно, пусть они начинают свои чемоданы паковать.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но это какой-то римский конклав, пока не изберут Папу, они не выйдут из комнаты.

Х. КЛИНТОН - Да, им нужно достичь соглашения, чтобы можно было начать важную работу сокращения ядерных арсеналов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи сегодня секретарь Совета Безопасности России господин Патрушев, это наш генерал Джонс - вернее, так как у вас генерал Джонс, - заявил о том, что будет немного изменена военная доктрина России и что в этой новой военной доктрине предусматриваются превентивные ядерные удары по агрессору. Превентивные – я подчеркиваю, ядерные удары по агрессору. Вас это не смущает?

Х. КЛИНТОН - Я не могу сейчас отреагировать, потому что я не знаю, что он сказал. Но конечно президент Обама обязался предпринять шаги, которые будут двигать мир к безъядерному состоянию. Я знаю, что это не произойдет в ближайшее время, но важно и для России и для США быть впереди этого процесса.

У наших стран не только крупнейшие арсеналы в мире, но мы также ревностные хранители ядерного оружия. У других они существуют, но мы подаем тон и проявляем лидерство. Президент Медведев будет в апреле на саммите по ядерной безопасности, который проводит в Вашингтоне президент Обама. Мы согласились вместе найти уязвимые материалы, чтобы они не попали не в те руки. Я думаю, наше сотрудничество постоянно становится глубже и шире, и это важно.

А. ВЕНЕДИКТОВ – А в доктрине Америки есть превентивные ядерные удары по агрессору?

Х. КЛИНТОН - Нет. Такого нет.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Еще вопрос, который обсуждался с господином Лавровым. Это вопрос по противоракетной обороне, и господин Лавров сказал, что России не все понятно в этом в новых предложениях США. В частности, насколько я знаю, не очень понятно, где на Кавказе могут быть расположены радары или ракеты. Господин Лавров может быть не понял, может вы нам объясните. Где на Кавказе планируется расположить, а мы передадим господину Лаврову. Госпожа госсекретарь.

Х. КЛИНТОН - Решения еще не были приняты. В идеале мы хотели бы сотрудничать с Россией по ПРО. Понимаете, мы считаем, что угрозы будущего будут поступать от государств и террористов, которые безответственно ведут себя в отношении огромного уничтожающей силы ядерного оружия. Может быть, их невозможно будет сдержать.

В худшие дни холодной войны США и Советского Союза мы ведь никогда не переставали говорить о ядерном оружии, никогда не прерывали свои линии связи. Возможно, мы слишком резко подходили к рубежу и потом подтягивались обратно, но мы защитили мир от такого ужасного оружия.

Противоракетная оборона предназначена для защиты людей от амбиций таких сторон как, возможно, Иран или «Аль-Каида». Так что когда мы просмотрели решение предыдущей администрации по ПРО, мы увидели, что оно не соответствует угрозе, которая нас беспокоит. Мы не считаем, что Россия и США представляет угрозу друг для друга. Мы считаем, что другие стороны угрожают обеим нашим странам.

И поэтому мы предложили идею теснейшего сотрудничества между Россией и США. Мы рады совместно принимать эти решения с Россией. Окончательных решений мы еще не сделали, но мы изменили то, чем мы занимаемся, потому что мы считаем, что это отражает гораздо ближе те реальные угрозы, с которыми нам приходится сталкиваться.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Какие сроки принятия окончательных решений? Год, полгода, два года?

Х. КЛИНТОН - Я не знаю точно. Это вопрос для технических экспертов.

А. ВЕНЕДИКТОВ – В этой связи мы понимаем обеспокоенность господина Лаврова, я спрошу вас прямо: могут ли элементы ПРО быть расположены на территории Грузии, по которой у нас с вами расхождения?

Х. КЛИНТОН - У меня нет никаких оснований думать, что что-либо будет размещено на территории Грузии. У меня нет никаких оснований так считать. Я знаю, что это очень беспокоит Российскую Федерацию. Но именно поэтому нам и хочется снять эту озабоченность. Нам хочется иметь совместную программу противоракетной обороны, которая будет защищать и наш народ, и ваш народ, и наших европейских друзей и союзников. И создать как можно более обширную систему ПРО, которая будет защищать нас от ракет средней и малой дальности, на которых может быть ядерное оружие.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Госпожа госсекретарь, поднимался ли господином Лавровым вопрос о перевооружении грузинской армии со стороны вашей страны и что вы ему ответили?

Х. КЛИНТОН - Мы обсуждали Грузию. У нас есть расхождения в этом. И хотя мы усердно работаем над тем, чтобы перезагрузить наши отношения, мы все равно будем не соглашаться относительно Грузии. Грузия отправляет своих военных в Афганистан, мы обучаем грузинские войска, чтобы они могли действовать в Афганистане. Однако мы также ясно даем понять, что мы ожидаем, что и югоосетинцы, и Грузия, и Абхазия, и все остальные будут избегать провокационных действий, решая свои проблемы мирными дипломатическими средствами.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Но перевооружение и помощь грузинской армии, госпожа госсекретарь, то, что очень волнует Россию.

Х. КЛИНТОН - Министр Лавров не задавал мне этот вопрос. Но мы поможем грузинскому народу почувствовать, что они могут себя защищать.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Министр Лавров, значит, вел себя как джентльмен. Обычно он задает такие вопросы. С вами он вел себя как джентльмен.

Х. КЛИНТОН - Я думаю, он знал ответ, поэтому не задал вопрос.

А. ВЕНЕДИКТОВ – И две последние темы. Первая тема. В России распространяется информация, что для достижения согласия между США и Россией по Ирану, Афганистану, Пакистану вы, США, президент Обама, вы решили свернуть критику, которую высказывала и предыдущая администрация и администрация президента Клинтона в свое время по поводу прав человека, по поводу судебной системы, развития демократии в России. Так ли это на самом деле и действительно ли вы готовы, как многие слушатели спрашивают, поменять, такой прагматизм, союз с Россией по отражению угроз на сворачивание критики в отношении прав человека?

Х. КЛИНТОН - Нет, это совершенно не так. Вчера в Спасо-Хаус мне выпала честь обратиться к группе активистов, выступающих за гражданское общество, борьбу с коррупцией, за права человека. И я ясно сказала, что США не отступают от своих ценностей. Мы поддерживаем тех, кто борется за всеобщие права мужчин и женщин, тех, кто хочет, чтобы их страна стала лучше и сильнее. Мы, несомненно, преданы делу поддержки тех людей, которые выступают за демократию в полном смысле этого слова.

Мы также считаем, что мы можем наладить более обширные и эффективные взаимоотношения между правительствами, нежели у предыдущей администрации, потому что нам предстоит много совместной работы. Нам необходимо также гораздо больше делать по поводу отношений между людьми. Я думаю, что существует некоторое недопонимание у российской общественности относительно того, что мы делаем, и почему мы призываем к определенным действиям.

Но у меня нет сомнений, что наилучшим образом отвечает интересам России, что уважение прав человека, независимых судов, свободной прессы в интересах создания стабильной политической системы, которая предоставляет собой платформу для процветания. Мы будем продолжать высказываться за это, и будем поддерживать тех, кто выступает за эти ценности.

А. ВЕНЕДИКТОВ – У нас еще три минуты. Скажите, пожалуйста, в разговорах с господином Лавровым и господином Медведевым, например, упоминали ли вы фамилии Политковская и Ходорковский?

Х. КЛИНТОН – Я назвала имена и говорила об убийствах журналистов. И сказала, что это очень серьезно беспокоит не только США, но и российский народ - не только активистов, но и тех людей, которые обеспокоены тем, что нераскрытые убийства являются вызовом порядку, справедливому функционированию общества. Я говорила о том, что мы не считаем, что достаточно делается для того, чтобы обеспечить такое состояние, при котором никто из тех, кто причастен к преступным действиям, не может остаться безнаказанным и избежать судебного преследования.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Это вы про Политковскую. А про Ходорковского?

Х. КЛИНТОН - Вы знаете, я думаю, что все это – заключение в тюрьму, избиения, убийства – больно наблюдать со стороны. В каждой стране есть криминальные элементы, есть люди, которые пытаются злоупотреблять властью. Но за последние 18 месяцев, и даже раньше, отмечено слишком много таких инцидентов. Я вчера встретилась с активистом в Спасо-Хаус, которого сильно избили.

Люди хотят, чтобы их правительство заступилось за них, сказало, что это неправильно, и предотвратило такие условия, и привлекло к ответственности тех, кто этим занимается.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Последний вопрос, госпожа госсекретарь или последняя тема. Почему Казань? Почему вы едете в Казань. У нас много вопросов из Казани. Почему она едет к нам, что она хочет в Казани.

Х. КЛИНТОН - Во-первых, я слышала, что Казань очень красивый город. Когда я путешествую, мне нравится ездить в такие места, которые не являются крупным городом или столицей. Когда в Москву приезжаю, я большую часть времени посвящая встречам с официальными лицами, хотя вчера удалось посмотреть оперу и посетить конструкторское бюро фирмы Boeing, посмотреть, как работают российские и американские инженеры.

Но мне нравится выбираться за пределы столицы. Я знаю, что в моей стране, когда выезжаешь из Вашингтона, получаешь более точное представление об Америке. Особенно меня привлекает в Казани то, что там есть и мечеть, и русский православный храм. Они стоят бок о бок в этой столице. И в Татарстане в основном проживают мусульмане, но люди там очень мирно уживаются друг с другом, в том числе и в межконфессиональном отношении. Я хотела это увидеть, получить возможность от них услышать, насколько им это удается.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Спасибо большое. Госпожа Хиллари Клинтон, госсекретарь у нас была в эфире. Хотите ли вы что-то сказать нашим слушателям? 30 секунд у вас на такой маленький спич напрямую без моих вопросов.

Х. КЛИНТОН - Во-первых, благодарю вас за возможность дать интервью и напрямую обратиться к российскому народу, особенно на этой радиостанции, которая так громогласно высказывается за изменения к лучшему в России. Меня очень радуют возможности совместной работы. У нас гораздо больше общего, чем люди думают. Но мы должны продолжать добиваться лучшего понимания друг друга и искать, то, что нас объединяет. Большое спасибо за эту возможность обратиться к вашим слушателям и поговорить с ними.

А. ВЕНЕДИКТОВ – Спасибо большое. Госсекретарь США Хиллари Клинтон была у нас в эфире.

(Текст ответов госсекретаря Клинтон является отредактированной стенограммой устного перевода, выполненного Отделом переводов Госдепартамента США)